Что нам мешает построить коммунизм? — chasodei.ru

Сегодня мы живем в специфическое время, когда утопии никого не интересуют. Поэтому и я, заговорив, казалось бы, о столь утопичной теме, как экономические отношения в коммунистическом обществе, буду говорить отнюдь не на языке утопии, а, скорее, прогноза. И это не связано с данью некоему тренду, а связано с пониманием, что Россия, да и другие страны, видимо, больше не могут себе позволить прыжок в утопию, ибо мир слишком хрупок и в нем наличествуют такие факторы, как ядерное оружие и многое другое.

Впрочем, дело не только в этих объективных обстоятельствах, но и в обстоятельствах субъективных. Почему утопии никого не интересуют? Ведь на протяжении всей предшествующей истории человечества интерес к утопическим проектам был всегда. Но мы живем в странном безвременье, когда нечто утопичное, напрямую взывающее к будущему, не востребовано, а востребовано нечто другое.

Вроде бы очень часто раздаются крики по поводу необходимости «образа будущего» и вроде как отсутствие этого образа многих беспокоит. Но внимательно посмотришь на такого очередного крикуна и понимаешь: а будущее-то ему и не нужно вовсе, а нужно что-то другое. Что?

Будущее невозможно без прихода новизны. Да, собственно, это и есть новизна. Однако, новизна, приходя в мир, трансформирует все старые системы, и даже меняет самого человека, во всяком случае, что касается его ментальных матриц, сознания и многого другого. Поэтому, каким бы мягким ни был приход новизны, он всегда болезнен, ибо старое сопротивляется. Да, потом новое начинает строить связи со старым, но, во-первых, обычно несколько погодя, а во-вторых, оно строит диалог со старым на своих, новых основаниях и что-то берет из прошлого, а что-то нет. Кроме того, при приходе новизны и той трансформации, которую она производит, всегда есть риск, что трансформация может быть и не успешной и, в итоге, можно просто потерять наличествующее и ничего не приобрести взамен.

Эти два неотменяемых аспекта новизны, люди чувствуют, что называется, «печенкой». Они бояться той боли, которую вызывает трансформация и того риска, который она за собой несет. Это похоже на страх перед хирургической операцией, которая всегда болезненна, а ее успех не гарантирован. Однако часто операция бывает необходимой, ибо если ее не произвести, то человек просто умрет. Сегодня же мы живем в такой переломный момент, когда понятно, что что-то делать надо, но одновременно с этим — «и хочется и колется». Хочется подстраховаться, сделать так, чтобы новый мир пришел как-то незаметно и затронул все что угодно, но только не нас самих.

Источник: iarex.ru

Leave a Comment